Психология и тест уверенности в себе Психодрама в России Поведенческая (психо)терапия Психотерапия и философия
 
| home | учебные материалы |

Спасибо за музыку!

Елена Ромек, д.ф.н., профессор ЮФУ

мателиалы с авторского сайта http://elena.romek.ru

Thank you for the music, the songs I'm singing
Thanks for all the joy they're bringing
Who can live without it, I ask in all honesty
What would life be?
Авва

На днях я обнаружила в железной утробе своего ноутбука отчет о мастерской Джозефа Морено - племянника основателя психодрамы, социометрии и групповой психотерапии Якоба Леви Морено и всемирно известного музыкального терапевта. Джозеф приезжал в Ростов в ноябре 2003 г. специально для того, чтобы провести трехдневный семинар-мастерскую «Терапия музыкой: древнее целительство и современные техники». Очень высокий человек, с копной длинных седых волос, вносящих нотку хиппи в образ успешного «академика», скромный, не по-американски застенчивый, он провел безупречный мастер-класс. Тогда большинство участников группы оценили его работу как стандартно хорошую, качественную. Меня, как видно из отчета, опубликованного в журнале «Психодрама и современная психотерапия», Джо впечатлил. Прошло больше 6 лет, и я очень рада, что записала тогда свои впечатления. Воспоминания об этом удивительном мастер-классе и сегодня не только согревают меня теплом терапевтических инсайтов, но и служат ориентирами профессиональной деятельности.
Впрочем, в ходе семинара случались и курьезы, которые не были отражены в отчете, но сохранились в моей памяти. Я переводила Джо: поскольку я хорошо знаю и английский, и «дело» психотерапии, переводить приезжих знаменитостей – моя (счастливая) судьба. По окончании второго дня работы Джо попросил меня сделать к следующему дню стихотворный перевод одного из самых известных блюзов «Everyday, everyday I have the blues» для того, чтобы участники группы смогли спеть его по-русски.

Ooh everyday, everyday I have the blues
When you see me worryin' baby, yeah, it's you I hate to lose
Whoa, nobody loves me, nobody seems to care
Whoa, nobody loves me, nobody seems to care
Well worries and trouble darling, babe you know I've had my share
Everyday, everyday, everyday, everyday,
Everyday, everyday I have the blues
When you see me worryin' baby, yeah, it's you I hate to lose
Whoa nobody loves me, nobody seems to care
Whoa nobody loves me, nobody seems to care
Well worries and trouble darling, babe you know I've had my share.

Текст песни был прост и ясен, но, как, не снижая блюзовый пафос, перевести его на русский? Ведь у нас принято петь о чувствах иносказательно: «Опустела без тебя земля…». А тут:
«У-у-у, никто не любит меня, никому до меня нет дела,
У-у-у, никто не любит меня, никому до меня нет дела,
О-о-о, в несчастьях и бедах, любимая, отчасти виноват я сам,
Каждый день, каждый день, каждый день, каждый день,
Каждый, каждый день грущу,
Когда ты, милая, видишь меня в печали – знай – это из-за того, что не хочу терять тебя и т.п.»

Прейдя домой, я позвонила другу, который в отличие от меня не только закончил институт иностранных языков, но и обладал способностью к стихосложению. Он был обескуражен, но полон решимости помочь. Следующая ночь была одной из самых плодотворных в моей жизни. Общаясь по телефону, мы предприняли титанические усилия для того, чтобы сделать серьезный перевод. Не вышло. Тогда мы позволили себе легкомыслие, и к 7 часам утра у нас были готовы 4 пародии, в стиле (1) Саши Черного, (2) Артюра Рембо, (3), Борхеса, (4) Сапфо.

Джо Морено безоговорочно отверг их все. Я излагала ему суть по-английски, а он, хохоча до колик в животе, все-таки отвергал каждый следующий вариант, объясняя, что блюз это не fun (развлечение). В итоге группа пела подстрочник, а потом, плюнув на условности, то, что откликалось в душе.

Итак,
первый день мастер-класса был посвящен знакомству с традиционными музыкальными практиками – религиозными и целительскими. Лекция сопровождалась демонстрацией нескольких сотен слайдов, запечатлевших ритуалы разных народов, а также музыкой, сопровождавшей их. Музыка звучала в записи и в исполнении самого Дж. Морено, виртуозно игравшего на экзотических музыкальных инструментах. Неожиданным было то, что ритуалы были отсняты, а музыка записана самим Морено, изъездившим в поисках исторических предпосылок психотерапии полмира. Вот Джозеф среди пляшущих седьмой день свой «разминочный» (warming-up) танец аборигенов Австралии. А вот он же где-то на юге Греции – отдергивает руку от раскаленных углей, по которым через минуту с иконами в руках пройдут члены местной православной общины. Босиком. «Разогретые» трехдневным пением псалмов, они не почувствуют ни малейшей боли. На следующем слайде их нетронутые жаром ноги … и распахнутые в изумлении глаза Морено.

В течение следующих дней Морено представлял разнообразные способы, техники и приемы использования музыки в современной психотерапии. Свою главную идею он выразил так: «Человечество издревле использовало различные способы самовыражения. Помимо вербального – танцевальный, музыкальный, драматический, художественный. Причем часто в единстве. Почему же в западной психотерапии наших дней доминирует «разговорный» жанр? Нам есть чему поучиться у человечества!»

И учились. Например, использовать музыку в проективных техниках. Имажинация (фантазирование) под неизвестную музыку нередко применяется в психодраматической разминке и помогает выявить потенциальных протагонистов (протагонист - греч. первый актер; в психодраме участник группы воспроизводящий на сцене собственную проблему). Рисование под музыку и музыкальное выражение «смысла» незнакомых картин (Морено просил участников выбрать инструмент и сыграть, то, что они видят на картинах Босха, Дали и др.) позволяет проводить диагностику и терапию даже пациентов, недоступных для вербального контакта. Живопись и музыка становятся для них спасительными средствами связи с окружающим миром. Эта техника широко используется в работе с престарелыми пациентами, умственно отсталыми детьми, людьми, страдающими шизофренией. На слайде по-детски счастливая улыбка старушки, играющей на ксилофоне в инвалидной коляске. «Это ее первая улыбка за много лет», - поясняет Морено и улыбается то ли группе, то ли той старушке.

Выражение чувств в игре на музыкальных инструментах (для этого совсем не обязательно иметь музыкальное образование) помогает преодолевать защиты и запреты, препятствующие «нормальному» проявлению этих чувств. Особенно если «протагониста» поддерживает музыкальное «зеркало». «Нет, нет, что Вы, я не смогу этого сделать! » - твердит одна из участниц в ответ на просьбу Морено выразить свои чувства в музыке. Тем не менее, робкие звуки избранного ею колокольчика с каждым тактом становятся все уверенней. Подхваченные «оркестрантами» (участниками группы, играющими на принесенных с собою инструментах - барабане, ксилофоне, камертоне, и т.п.), они превращаются в музыкальный манифест личности, яркий, убедительный и такой прекрасный, что группа не в силах удержаться от оваций.

Овациями неизменно заканчивались и танцевальное самовыражение участников. Танец с закрытыми глазами на полуосвещенной сцене сопровождался игрой музыкального «зеркала». «Оркестранты» чутко и безошибочно следовали каждому па протагониста, то усиливая ритм барабанами и бубнами, то приглушая его еле слышной трелью колокольчика. Иногда музыка предвосхищала движения протагониста (как это часто случается в психодраме). Иногда замирала паузой, на мгновенье оставляя его в одиночестве. Зрителей зрелище завораживало. Танцоры утверждали, что ничего подобного до сих пор им испытывать не приходилось. Свое состояние во время танца они сравнивали с первобытным чувством сопричастности всей вселенной. Музыка звучала внутри и снаружи. Любое движение тут же отражалось движением всего мира – людей, гор, морей, континентов, звезд. Танцор ощущал себя микрокосмом.

Кульминацией мастерской, без сомнения, стало совместное исполнение блюзов. Блюзы – афроамериканское изобретение, нечто вроде «страданий» русского музыкального фольклора. «Ой, да не вечор, да не вечор мне малым-мало спалось // Мне малым-мало спалось, да во сне привиделось…». По-американски: «Никто не любит меня, никому нет дела до меня // Никто не любит меня, никому нет дела до меня // О, как страдаю и переживаю я…». Вначале мы блюз сыграли. Все вместе. С импровизациями. Потом мы его спели по-английски и по-русски. После этого станцевали. Наконец, к полному восторгу участников сыграли, спели и станцевали одновременно.

Музыка, как показал Морено, способствует решению самых разных жизненных проблем и противоречий, включая острейшие, каковыми являются рождение и смерть. Оба события приобретают иной смысл в сопровождении музыки. В первом случае ее выбирают родители, во втором – взрослый человек. Терапия музыкой помогает преодолевать страх, принимать неизбежное, полноценно переживать встречу или прощание с любимыми людьми. Лишь в одном деле она, как выяснилось, не может быть союзницей. «Известны ли Вам случаи использования музыкотерапии в антигуманных целях? Существуют ли объединения психотерапевтов, применяющие музыку для установления власти, поддержания отношений господства-подчинения?» - спросила одна из участниц мастер-класса.

«Вы имеете в виду национальные и международные организации садистов? – переспросил Морено. – Их много. Но какое отношение они имеют к психотерапии?! Психотерапия ВСЕГДА на стороне личности. ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ».

 
Реклама

Учись работать с SPSS!
Психология и тест уверенности в себе